Психиатр, олени, хаски, караоке и Арлекин

- Ерунда! Такого быть не может! – пробормотал сквозь сон Борис Савельев и пошарил рукой в поисках одеяла. Сон наложился на реальность, реальность – на сон. Проваливаясь в забытье, он подумал, что надо бы закрыть форточку, очень уж было холодно.

Всю ночь ему снились олени. Они тыкались в него теплыми носами и требовали еды.

- У меня нет ничего, - растерянно говорил Борис и разводил руками. Он жалел голодных оленей, гладил их ветвистые рога, хлопал по крупу.

В детстве он прочитал всего Пришвина и начал мечтать, как поселится в лесной избушке, будет изучать фауну и писать книги. Когда он окончательно достал своих родителей требованием отвезти его в тайгу или на Крайний север, те сдались и пообещали выполнить его просьбу. Вместо этого он попал на прием к детскому психиатру. Человек в белом халате задавал вопросы о книгах, которые он читает, о содержании снов и любимой еде. Боренька отвечал на вопросы, широко раскрыв горящие глаза. Родители сказали ему, что это такое специальное собеседование, которое проходят все полярники и что ему тоже надо его пройти. Примерно минут через двадцать тотального допроса, когда врач выяснил почти все о содержании внутреннего мира Бори, юный зоолог и писатель-любитель прямо спросил, когда его отвезут в тайгу.

Не ведая о заговоре родителей, психиатр честно ответил, что в таком возрасте ни о какой тайге речь идти не может, сначала надо подрасти, окончить школу, потом институт, а пока нужно хорошо кушать и принимать вот эти таблеточки.

От обиды Боря разрыдался прямо в кабинете, плакал долго и горько, стонал и тер кулаком щеки. Врач внимательно посмотрел на Борю, порвал рецепт, вызвал родителей и сообщил им, что с их сыном все в порядке, его просто нужно записать в кружок юннатов. Где его найти – уже их проблема, не врача, а если они еще раз придут, то он их самих отправит на лечение!

Конечно, всего это Борис Савельев не помнил. Он вообще очень плохо помнил свое насыщенное всякими кружками и занятиями с репетиторами детстве. Вот уже лет десять как он стал Борисом Аркадьевичем, уважаемым специалистом в области защиты данных, преподавателем Бауманки и частным консультантом. Мечта стать вторым Пришвиным осталась мечтой.

Борис огляделся и понял, что стоит на странной круглой поляне, истоптанной копытами оленей. Сам он был в своей любимой шелковой синей пижаме со звездами, которую ему подарила мама на прошлый Новый год. Босые ноги начали основательно мерзнуть. На пару секунд он проснулся, пошарил рукой в поисках одеяла и снова уснул. Укрыть его было некому. Родители жили отдельно, жена уехала в свой родной Палех и пропала с радаров.

Во сне вокруг Бориса был настоящий лес, зимние ёлки припорошены настоящим белым зимним снегом. Такой белизны не найдешь в Москве и днем с огнем! Весь тот снег, что падал на родную Столицу, тот час же превращался в серо-коричневое месиво, назвать которое снегом язык не поворачивался.

Много лет эволюции сделали из лохматого сгорбленного существа то, что мы сейчас встречаем буквально на каждом шагу. Особенно много таких в городах-миллионниках. Они носят шапки и пуховики зимой, сланцы с носками летом, пьют теплое пиво, ходят в театры и кино, воспитывают потомство и предпочитают приготовленную пищу. Имя им «человек разумный», хотя этот термин не всегда уместен, особенно в отношении тех, кто пишет на родном языке с огромным количеством грамматических ошибок.

Эволюция изменила неандертальца, сделав его более уязвимым и физическом плане и менее приспособленным к выживанию в дикой природе. Чуть увеличив интеллектуальные способности, эволюция лишила его многих ценных качеств, например, острого слуха. С другой сторон, зачем острый слух жителю многоэтажки? Лучше слышать, как ссорится семейная пара на шестом этаже? Или как бормочет школьник строки Пушкина, разучивая отрывок из «Евгения Онегина»?

Тем не менее, некоторые интересные способности остались у наших современников.

Вот ты стоишь или сидишь и спиной чувствуешь чей-то недобрый взгляд. Обычно на ум приходит слово «сглазили», что означает примерно то же, что и «навели порчу». На самом деле, способность «чувствовать», что на тебя смотрят, - это сложная работа по взаимодействию нашего мозга и зрительных центров, да еще особенности нашего вида.

Занятый оленями, озябший, но совершенно счастливый, Борис Савельев в какой-то момент почувствовал на себе тяжелый неприятный взгляд. Медленно обернувшись, он увидел странного персонажа, совершенно выбивавшегося из сценария его, именно ЕГО, Бориса Аркадьевича Савельева, снежной сказки!

Персонаж стоял на краю поляны и слегка улыбался. Дурацкий костюм с ромбиками напоминал платье Арлекина, если бы не оторванные до самых плеч рукава. Белое жабо было забрызгано чем-то красным, возможно, даже вишневым соком или малиновым вареньем, хотя вряд ли. Немигающий взгляд красных глаз был устремлен на Бориса.

С одной из раскидистых ёлок на лысую как колено башку посыпался снег, но и тогда Арлекин не отвел взгляда, не отряхнулся. В одной руке он держал обычный топор, каким колют дрова, другой – отводил в сторону еловую ветку.

- Вжух! – сказал лысый Арлекин, повернул топор обухом к себе и провел по шее.

Моментально согревшись, Борис Аркадьевич почувствовал себя оленем, на которого началась охота.

Внутренний голос подсказал, что нужно бежать и Борис побежал, заплетаясь в своих ватных ногах. Чем дальше он бежал, тем сильнее проваливался в снег. Сердце бешено колотилось и готово было выскочить из груди и побежать впереди полуживого Бориса. Когда уровень снега достиг подбородка, Борис Савельев нырнул и поплыл.

Давно он не плавал, почти что два года. Но тело-то помнило! Большими бросками Борис Савельев плыл сквозь белую снежную массу. Он мог бы поставить мировой рекорд по заплывам в снегу, но тут кто схватил его за лодыжку.

- Вжух! – услышал Борис Аркадьевич, дернулся из последних сил и проснулся в своей кровати.

Сердце продолжало бешено колотиться, когда он набрал номер своего лучшего друга.

- Боря, - прошептал в трубку Николай, - шесть утра.

- Ничего! – невпопад ответил Борис. – Ты в прорубь нырять едешь?

- Да, - прохрипел заспанный Николай.

- Я с тобой! – радостно крикнул в трубку Борис и отключился.

***
- Ах ты ж зараза! – удивленно произнес Николай, проходя мимо спящей хиски Луизы и следуя по известному утреннему маршруту «спальня – коридор – туалет – кухня - спальня». Утро начинается не с кофе! Утро 18 января началось для Николая Евгеньевича с неприятности: хаски Луиза сожрала любимые осенние ботинки и нассала в коридоре.

***
- Ерунда! - прошептала Вера. – Они не настоящие!

Она долго кружила по лесу, кричала «Люся», орала до хрипоты, звала собаку, останавливалась, вслушивалась в скрип замороженных деревьев и тихо ругалась. Около полутора десятков разных ругательных прозвищ придумала она для хаски Луизы, самым безобидным среди которых было «дура шерстяная».

Конечно, такой подставы она никак не ожидала от своей собаки! А что она теперь скажет сыну? Георгий доверил ей собаку и попросил присмотреть, а она подвела своего единственного ребенка!

«Отношения нужно строить на доверии!» - всегда говорил ее отец и всегда оказывался прав.

Еще он иногда замечал, что доверие нужно заслужить. Звучала фраза довольно жестко и качалась в основном чужих людей, тех, кто не был родственником.

***
«Ерунда! - подумал Пётр Николаевич. – Меня начнут искать!»

Его план по разъединению жены и веселых подружек треснул, как тонкий январский ледок. Сначала все шло по плану: он забрал жену и еще каких-то людей из Павшино, отвез в ресторан «Берендей», подозвал официанта и, сунув ему в руку несколько хрустких бумажек, наконец-то по-настоящему расслабился. Первая часть операции под кодовым названием «Доставь жену после Крещенских купаний домой и не вляпайся в историю» была завершена. Конечно, в «Берендей» был оснащен камерами, но хозяина он знал в лицо, поэтому скандала быть не должно.

И даже если Марина полезет на стол в одном чулке на голое тело, ей никто не будет мешать, а пикантная запить маленького шоу будет стёрта или нечаянно потеряна.

Планы планами, но некоторые силы, кажем так, внеземные силы, имеют дурацкую привычку вмешиваться в размеренную человеческую жизнь и путать события, обстоятельства, влиять на некоторых слабовольных людей, разрушать привычные цепочки бытия.

На завтра были назначены предварительные слушания по делу о краже электрической энергии некими товарищами, которые решили намайнить себе немного биткоинов на безбедную старость.

Шансов выиграть суд не было, но и что же? Своё веское слово в защиту недоразвитых в правовом плане граждан он скажет. За годы работы адвокатом Пётр Николаевич Зосимов научился говорить хорошие правильные вещи, которые трогали за сердце. Иногда присутствующие с трудом могли сдержать слезу, их лица бледнели,

Результат рассмотрения дела судом не всегда соответствовал эмоциональному отклику слушателей, зато он с чистой совестью мог брать гонорары, ведь сделал-то он все, что мог, даже замечательную речь произнес. А что до решения или приговора суда, то можно подать апелляцию, конечно, надо еще заплатить, а как иначе? Работа хорошего адвоката стоит денег! Его, Петра Николаевича гонорар никак не зависел от исхода судебного процесса. Пусть хоть смертная казнь или пожизненное – все равно!

К сожалению, такие дела к нему не попадали. Их сразу перехватывали более расторопные коллеги по адвокатскому цеху. Да и не так часто в столице Отечества случались холодящие душу преступления, тянущие на высшую меру наказания.

Два проигранных дела с начала года навевали тоску. Пётр Николаевич пару раз прочитал материалы дела – один раз в прошлом и один в этом, проконсультировался со своими знакомыми правоведами, погуглил новые слова, узнал много нового, но так и не придумал, как можно выиграть судебный процесс.

«Значит, будет третье проигранное дело», - вздохнул он и погасил экран смартфона. Листать паблик с мемасиками расхотелось – домокловым мечом висела над головой Петра Николаевича Марина. Не в буквальном смысле. В тот момент любимая жена висела на пилоне, очередная подружка выводила в микрофон «нас не догонят», плохо попадая в текст даже с телесуфлером. Еще две «рыбы -прилипалы», как называл из Пётр Николаевич, тянули шампанское и похихикивали.

Еще две хрустящие бумажки ушли в карман охранника, который аккуратно снял Марина с пилона и помог загрузить в машину. За прилипалами подъехало такси.

До дома ехали в полном молчании. Марина рассеянно водила пальцем по стеклу, привалившись к двери автомобиля. Перед тем, как тронуться, Петр Николаевич заботливо пристегнул супругу и нажал кнопку блокировки дверей.

Последний отрезок пути до поселка «Русская деревня» пролегал по нетронутому топором дровосека Истринскому лесу - четыре километра божественной зимней сказки. Дорога петляла, резкие повороты напоминали трассу формулы-1 в Бремгартене.

Пётр Николаевич не торопился. Ночь перевалила за полночь, свою миссию на сегодня он выполнил, осталось совсем немного – перенести Марина из машины в дом, положить на кровать и пожелать приятных снов. Утром она проснется с гудящей головой, будет ходить весь день злая и хмурая, требовать кофе и аспирину, но его к этому времени уже не будет.

Открытия ворот пришлось ждать целую минуту. Пётр Николаевич мысленно выругал всех членов правления поселка в отдельности и председателя лично. Он пожелал им очередей подлиннее, пива потеплее и жен пожирнее. Все они были жителями поселка и делали вид, что заботятся о жителях, а сами грызлись и плели интриги. Единственным адекватным мужиком во всей деревне был управляющий – наёмный сотрудник, который получал заработную плату и, казалось, жил на работе, потому что его можно было застать на рабочем месте почти в любое время суток.

Полковник Российской армии в отставке, Роман Леонидович Безрыбьев был безжалостен к лжецам, лентяям и негодяям, мог спокойно послать известным маршрутом любого жителя посёлка, включая генерала ФСБ и при этом не чувствовать угрызений совести. Говорили, что генералы потом сами приходили мириться, потому что совесть у них все-таки есть хоть и немного, для личного пользования. Сам Пётр Николаевич искренне уважал Безрыбьева и немного побаивался, старался не злить и по фигне не беспокоить.

Служить в армии адвокату Зосимову не довелось – один за другим случились дети. Однако представить, что такое железная дисциплина и армейский порядок он мог очень легко.

Когда ворота открылись и машина въехала на территорию «Русской деревни», Пётр Николаевич отметил чистоту дороги, убранной от снега, отсутствие противных снеговых куч, что всегда мешали развернуться и выглядели грязно и не опрятно, полное освещение посёлка – все фонари горели исправно, никаких темных углов и страшных теней.

Загнав машину на территорию участка, Пётр Николаевич выгрузил жену, отпер дверь, нашарил выключатель и очень сильно удивился.

- Какого?.. – начал Пётр Николаевич и запнулся.

Жена, тут же пришедшая в себя, заорала во все горло, чем сильно оглушила адвоката Зосимова. Оттолкнув мужа, она быстро скинула полушубок и присоединилась к развеселой компании, спрятавшейся в их доме. В потолок ударили пробки, зазвенели наполняемые шампанским бокалы. Среди толпы мелькнули те самые рыбы-прилипалы, которые должны были уехать домой на такси.

Пётр Николаевич пару минул смотрел на всю эта вакханалию, затем махнул рукой, снял пальто и пошел наверх.

***

#Орки_бездны #следуй_за_штормом #Маша_пишет #всадники_на_драконах #всадники_Смауга #НГ #ироническое_фэнтези